Международный институт генеалогических исследований
Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

Без суда и следствия. В России вспоминают жертв политических репрессий

01.11.2007

Первые мероприятия состоялись на востоке страны. На городском кладбище Хабаровска, расположенном на месте бывшей тюрьмы НКВД, собрались родственники и близкие репрессированных.

Люди возложили цветы к мемориалу, на плитах которого высечены имена всех расстрелянных в годы тоталитарного режима. Траурная акция под девизом "возвращение имен" состоялась накануне в Москве. Список погибших зачитали у Соловецкого камня на Лубянской площади. Между тем, исследователи полагают, что гораздо больше имен репрессированных неизвестны до сих пор.

Репортаж Алексея Зотова.

Рабочие и писатели. Генералы и трактористы. Академики, продавцы, токари. Все без разбора. Сотни тысяч расстрелянных. Миллионы сломанных судеб. Сменяя друг друга, эту книгу памяти читают самые обычные люди. Кто-то и сам всe испытал и чудом выжил, у кого-то до сих пор сердце ноет.

Чтобы назвать всех, кто был расстрелян только в Москве по политическим приговорам да и вовсе без приговора, понадобится не 1 день, а целая неделя. Но даже эти 40 тысяч человек - лишь капля в огромном море людей, раздавленных тогда государством.

37-38-й годы XX века. Время "Большого террора". Когда по анонимке соседа можно было исчезнуть навсегда. Получить клеймо: "враг народа". Приговоры без суда и следствия. Расстрельные комнаты прямо там, где и вершилось сталинское правосудие. Сегодня известно 2,5 миллиона имeн: и тех, кто сгинул в лагерях, и тех, кто выжил. Но куда больше тех, кто просто пропал. Без вести.

Владимир Лукин, уполномоченный по правам человека в России: "Примерно 20 % только найдены. Остальные должны ещe быть найдены. Ситуация и с этим, и с жертвами ВОВ - примерно одинаковая".

Учитель истории Павел Дуковский умер в лагере, был осуждeн за то, что в 38-м не верил в мир между Советским Союзом и Германией. Один из его учеников Владимир Кантовский читает то самое письмо в защиту учителя, за него 17-летнего парня осудили и оправили в лагерь пилить лес. На 10 лет.

Владимир Кантовский, бывший политзаключeнный: "А думать дальше, чем полагается, теперь боятся не только в нашей школе. Из-за этой боязни вытекла необходимость ареста Павла Артуровича".

Неподъeмный чемодан писем и открыток. Дневник 1 влюблeнной пары. Их разлучили на 10 лет. Он наделся и писал. Каждый день. Она отвечала и ждала. В потемневших строчках слишком много личного. Может, поэтому и сохранилась эта грустная и невероятно долгая история любви и разлуки.

Ирина Островская, научный сотрудник архива документов: "Люди, которые получали письма из лагеря, старались их как можно быстрее прочитать и уничтожить. Это значит: у тебя есть переписка с осуждeнным. Врагом народа. А зачем?"

Семeн Виленский когда-то выдержал самый страшный, пыточный лагерь. Ему не знакомы имена, которые он называл. Но как будто знакомы те люди. Сюда несли цветы и поминальные свечи. За 12 часов над Лубянской площадью прозвенели 6 тысяч имeн. И 6 тысяч раз прозвучало: расстрелян.


 
Источник: http://www.1tv.ru/owa/win/ort6_main.main?p_news_title_id=111463&p_news_razdel_id=1