Международный институт генеалогических исследований
Карта сайта Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

На той войне незнаменитой

28.06.2014

18 июля (по старому стилю) 1914 года в Российской империи объявили о мобилизации. Следом Германия объявила войну России. Трагический Рубикон был перейден. Началась затяжная битва мировых держав, принесшая невиданное доселе человечеством количество жертв. Только по Русской императорской армии (РИА) безвозвратные (как боевые, так и не боевые) потери в Первой мировой войне составили 2 млн 254 тыс. человек. Вероятно, и эта цифра не совсем точна. Февральская и Октябрьская революции, Гражданская война мало способствовали тщательным подсчетам. А потом Великая, как ее именовали в свое время, война, ее герои у авангарда диктатуры пролетариата оказались, мягко говоря, непопулярны.

Золотые архивные россыпи

Летом 1914-го о миллионных жертвах и будущем забвении вряд ли кто размышлял. Настроения царили совсем иные.

Мобилизация шла активно. Города и веси империи охватил мощный патриотический подъем: германцев и австрияков мы побъем очень скоро и вернемся из поверженных Берлина и Вены триумфаторами.

Разумеется, не оставалась в стороне и Воронежская губерния. У нас создавались воинские подразделения. В частности, 234-й Богучарский пехотный полк. 

Вообще ряд полков так называемой второй, а потом и третьей, четвертой очередей (формировавшихся с началом войны) имел «воронежские» названия - скажем, 228-й Задонский, 289-й Коротоякский, 409-й Новохоперский. Правда, из этого еще не следует, что их личный состав комплектовался сплошь из уроженцев нашей губернии. Бывало по-всякому. 

Нас сегодня интересует конкретный полк - 226-й пехотный Землянский. Его солдаты и офицеры летом 1915-го были участниками знаменитой не только в России «атаки мертвецов». Горстка отравленных немецкими газами землянцев (всех служивших в любом «топонимическом» полку именовали по его названию) обратила вспять численно многократно превышающего противника. 

До самого последнего времени считалось, что Землянский полк никакого отношения к воронежской земле не имеет. 

Данных не было. По одной простой причине: никто их толком не искал. 

Когда такой человек - кандидат исторических наук, доцент Воронежского агроуниверситета Виктор Бахтин - нашелся, обнаружились и данные. Бахтину, в свою очередь, оказали содействие сотрудники отдела социально-политических проектов управления региональной политики правительства области. 

В Российском государственном военно-историческом архиве (РГВИА) есть фонд документов 226-го Землянского полка за 1914 - 1917 годы. 210 единиц хранения. Часть этого массива бумаг, многие из которых далеко не в лучшем состоянии, Виктору Викторовичу удалось изучить. Узнанным он поделился с «Воронежским курьером». 

Восточная Пруссия

Сегодня мы назовем целый ряд фамилий наших земляков. По возможности - с указанием не только уезда, но и волости, села. Надеемся, кто-то из потомков тех воинов откликнется.

226-й Землянский пехотный формировался в Калуге. Начальствующий состав был, как в те времена выражались, выделен из офицерского корпуса квартировавшего в этом городе Ингерманландского полка. Нижними же чинами полк (по крайней мере, первый его состав) во многом комплектовался за счет мобилизованных жителей трех тогдашних уездов нашей губернии - Воронежского, Землянского, Нижнедевицкого. 

Виктор Бахтин в одном из первых приказов по 226-му Землянскому обнаружил информацию о прибытии в полк 250 ратников из Воронежской губернии. Как правило, женатых мужчин православного вероисповедания в возрасте около 30 лет (плюс-минус). 

После комплектации 226-й Землянский вместе с 225-м Ливенским, 227-м Епифанским и 228-м Задонским пехотными полками образовали 57-ю пехотную дивизию. Из огня да в полымя. 57-я дивизия в составе 1-й армии генерала Ренненкампфа приняла участие в Восточно-Прусской наступательной операции (4 августа - 2 сентября 1914 г.). Особой славы себе русское оружие тогда не снискало. В конце августа 1-я армия отходила. С боями. При изучении именных списков потерь нижних чинов - погибших, раненых, пропавших без вести и оставшихся на поле боя - бросается в глаза важная деталь. 

Я просмотрел алфавитные списки по Воронежской губернии на букву «З» (1914-й и немножко 1915-го). Он относительно краток - 538 фамилий (на «П» , к примеру, 1780 фамилий).

Из 538 человек - 25 из Воронежского, Землянского, Нижнедевицкого уездов. При этом жители других наших уездов в промежутке 27 - 29 августа 1914-го почти не упоминаются. Попалось лишь две-три фамилии.

В те дни конца августа 1914-го были ранены: ефр. Завислишин Маркиян Борисович, Землянского уезда, Краснод. волости, села Котовки; ряд. Зайнделов Даниил, Воронежского у., Можайской в. и с.; ряд. Застротницов Стефан Антонов, Нижнедевицкого у., Туровской в.; ряд. Захаров Дмитрий Гавриилович, Землянского у., Никольской в. и с.; ряд. Зеньков Константин, Воронежского у., Усманской в., с. Усмань; ряд. Андрей Иванович Золотарев, мещанин города, Хрено-Висельской в. и с.; ряд. Золотарев Василий Филиппович, Воронежского у., с. Усмань; ст. унт.-оф. Золтарев Дмитрий Семенович, Воронежского у., Рогачевской в., Брилиант (?); ряд. Зяблов Петр Михайлович, Воронежского у., Касторенской в. и с.

Пропали без вести: ряд. Закамулин Григорий, Землянского у., Рождественской в. и с.; ефр. Зацепин Иван Федорович, Воронежского у., Шуховской в., с. Верх. Маза; ряд. Зенцов Михаил Андреевич, Нижнедевицкого у., Пригородной в., с. Вязноватка; ряд. Зиновьев Михаил Афанасьевич, Нижнедевицкого у., Солдатской в., с. Горшечное; ряд. Злобин Михаил Антонович, Воронежского у., Чижовской в., с. 1-е Таврово; ряд. Злобин Николай Васильевич, Воронежского у., Чижовской в., с. 1-е Таврово; мл. унт.-оф. Золотарев Иван Иванович, Воронежского у., Хреновской в. и с.; ряд. Золотарев Иван Иванович, Землянского у., Старо-Ольшанской в.; подпр. Золототрубов Егор Андреевич, Землянского у., Хвощеватской в., с. Русская Гвоздевка; ряд. Золототрубов Павел, Землянского у., Хвощеватской в., с. Русская Гвоздевка; мл. унт.-оф. Золтарев Никита Леонтьевич, Воронежского у., Хреновской в. и с.; ряд. Зубарев Иван Васильевич, Землянского у., д. Второе Раздолье; ст. унт.-оф. Зяблов Демид, Нижнедевицкого у., с. Семидесятное; ст. унт.-оф. Зяблов Федор, Нижнедевицкого у., с. Семидесятное.

Рядовой Антон Землянухин, Нижнедевицкого у., Никольской в., Верх. Выселки - убит 28 августа.

Данные, переписанные В. Бахтиным в РГВИА, тенденцию подтверждают.

Так, командир 226-го полка в своей переписке с Землянским и Воронежским воинскими начальниками уведомляет о следующем. 27 августа в сражении погибли: запасной Василий Иванович Нефедов, происходящий из крестьян с. Красная Долина Хвощеватской волости Землянского уезда (пал при деревне Биркендорфе); житель Рыкани Воронежского уезда Авраам Васильевич Минаков; Прокофий Шатских (пал при г. Норденбурге). В тот же день пропал без вести младший унтер-офицер Алексей Иванович Корчагин - Воронежского уезда.

Упоминаемый в тексте Норденбург (так он именовался до 1950 г.) сегодня - поселок Крылово Правдинского района Калининградской области. 

Крепость Осовец

В октябре 1914-го 57-ю пехотную дивизию подчинили командующему 10-й армии Северо-Западного фронта.

К концу года дивизия оказалась у Осовца. Несение гарнизонной службы и производство крепостных работ достались Задонскому полку. Землянцы же, как правило, располагались по периметру крепости.

Окруженная болотами и озерами крепость на реке Бобр (расположена на территории Польши, входившей тогда в состав Российской империи; теперь здесь музей) была далеко не самым крупным и не самым укрепленным русским фортификационным сооружением. Не зря порой ее именовали «игрушечной». 

Владимир Догадин, однокашник будущего генерала Дмитрия Карбышева по Николаевской инженерной академии, в свой рукописных «Воспоминаниях русского офицера» (опубликованы в 2002 г.) рассказывал: для дальнейшего прохождения службы выпускникам 1911 года предложили общим счетом семь ваканский - пять в Брест-Литовске и две в Осовце: «Вакансии в Брест-Литовске стояли выше, так как при крепости был город на 30 - 40 тыс. жителей. Осовец же являлся совсем глухим местом». «Первые ученики» штабс-капитан Д. Карбышев и капитан В. Догадин выбрали Брест-Литовск. К реке Бобр отправились капитаны Ф. Иванов и С. Хмельков. 

Однако именно Осовец, будучи крепостью 3-го класса, не до конца возведенной постройки, снискал в Первую мировую громкую славу. В немалой степени благодаря 226-му Землянскому. 

Осовец порой сравнивают с Бресткой крепостью времен Второй мировой. Не совсем корректно. Величие подвига их безусловно роднит. Но есть и разница: Брест сражался в тылу, Осовец же держался на общей линии русского фронта. Взять его с бою неприятель не мог целый год. 

По просторам интернета нынче гуляет масса беллетризованных версий осовецкой эпопеи. Обычно сводящиеся к леденящему душу рассказу-пересказу истории с «атакой мертвецов».

Между тем оборона Осовца исследовалась (начиная, по крайней мере, с 1917 года) с военно-научной точки. Причем людьми, так сказать, «крепостными». Выжившими в том аду. Полковник Всеволод Буняковский исполнял должность начальника штаба 57-й пехотной дивизии, затем командовал 225-м Ливенским полком. Капитан, затем подполковник Михаил Свешников исполнял должность начальника штаба крепости. Вышеупомянутый Сергей Хмельков при обороне крепости был дважды контужен, во время химической атаки отравлен газами (впоследствии - советский военный инженер-фортификатор, доктор наук, профессор, генерал-лейтенант инженерных войск). 

В 1939 году отдельным изданием в «Воениздате» вышел краткий очерк С. Хмелькова «Борьба за Осовец». Автор свидетельствовал: «Осовецкая крепость была два раза атакована германскими войсками. Первая атака в конце сентября 1914 г. длилась всего пять-шесть дней, немцы обстреляли крепость 15 - 20 см артиллерией и под давлением корпусов 10-й армии принуждены были снять осаду и отойти в пределы Восточной Пруссии. Вторая атака, начатая в январе 1915 г., продолжалась шесть с половиной месяцев и окончилась эвакуацией крепости».

Император Николай II в свою первую поездку в действующую армию не преминул заглянуть в Осовец. Заметим, отправился он в Осовец втайне от тогдашнего главнокомандующего - великого князя Николая Николаевича. Дело-то было небезопасное.

В дневнике государь сделал 25 сентября запись: «В час ночи поезд тронулся на Белосток, куда прибыл рано утром. В 6 1/2 выехал с Сухомлиновым в военном моторе в Осовец (выделено Николаем II. - А.С.); приехал в крепость в 8 час. совершенно неожиданно. Какое-то особое чувство овладело мною при виде разрушения, произведенного бомбардировкой германцами различных зданий и массы воронок в земле. Но крепость сама нисколько не пострадала. Зашел в церковь, пока комендант ген. Шульман (позднее его сменит генерал Николай Бржозовский, командовавший крепостной артиллерией Осовца еще до войны. - А.С.) собирал часть свободного гарнизона на площадке рядом. Большая часть войск работала на передовых позициях. Поблагодарил их за боевую службу и очень довольный виденным выехал тою же дорогой в Белосток». 

Организаторы поездки рассказывали о визите красочнее императора. Так, дворцовый комендант генерал Владимир Воейков в книге «С царем и без царя» писал: «В день посещения крепости Его Величеством шел бой в 12 верстах от фортов Осовца, только геройски отбившего штурм германской армии, засыпавшей весь район своими «чемоданами» (так назывались снаряды тяжелых орудий). Комендант крепости генерал Шульман, только утром предупрежденный о выезде государя в крепость, едва успел дать приказание о вызове команд и выехать навстречу Его Величеству в направлении Довнара. Посещение Осовца началось с собора, где в начале молебна пел только один солдат - церковный сторож, остальные же певчие постепенно прибегали по одному. По окончании службы государь милостиво обратился к священнику с вопросом: «Вы, батюшка, не тревожились сильной бомбардировкой?». На что священник ответил: «Никак нет, Ваше Величество. Мне только скучно стало, когда снаряды стали близко ложиться, и я тогда пошел в храм». После собора государь обошел несколько фортов и благодарил построенные в разных местах крепости команды. Коменданту и наиболее отличившимся офицерам и солдатам были пожалованы Георгиевские кресты. Это посещение, отличавшееся неожиданностью и простотою, произвело самое отрадное впечатление как на государя, так и на героев Осовца; а когда слух о нем распространился по России, то составилась легенда, что царь с а м наводил в Осовце пушку, от выстрела которой погибли сотни «германов». 

«Атака мертвецов»

Во время второго приступа германцы массировано бомбардировали крепость из тяжелых осадных орудий. В том числе из «Большой Берты» с ее калибром в 16,5 дюйма (42 см) и снарядами в 60 пудов (пуд, напомню, равен 16 кг). На вооружении крепостной артиллерии Осовца самыми крупными пушками были шестидюймовые. Да и численность гарнизона, подчеркивает Буняковский, всегда уступала противнику. Зачастую - значительно.

Противник пускался на ухищрения. В. Буняковский, к примеру, описывает следующий реальный случай. 10 февраля был захвачен переодетый в штатское «засланный казачок». Он имел задание во что бы то ни стало встретиться с комендантом крепости и предложить тому полмиллиона марок за сдачу Осовца. Иначе, как грозился командующий немецким осадным корпусом, «курятник» будет снесен с лица земли в трехдневный срок.

Денег генерал Н. Бржозовский (интересно, что неподалеку от Осовца располагалось местечко под названием Волька Бржозова), понятно, не принял. И немцы открыли огонь на полное уничтожение. Только за три февральских дня, отмечает В. Буняковский, по крепости было выпущено 120 тыс. тяжелых снарядов, а всего за время осады - до 400 тыс. (весной - летом немцы несколько поутихли).

Тогда, в феврале, пишет С. Хмельков, командование 12-й армии РИА просило крепость продержаться еще двое суток. Осовец продержался 190 дней.

Выстоял. А если бы нет? В. Буняковский утверждает: если бы в конце лета 1915-го «немцам удалось прорваться у Осовца на Белосток, а с юга на Брест-Литовск», то «вне сомнения такое положение дел могло бы обратиться в катастрофу для 3 - 4 армий». Трех-четырех армий… Подумать-то страшно.

В 4 часа утра 24 июля/6 августа германцы пошли на крайнюю меру - пустили на защитников крепости отравляющие вещества. К этой операции они тщательно подготовились: уставили 30 хорошо замаскированных газовых батарей в несколько тысяч баллонов. В штурме были также задействованы 13 - 14 батальонов пехоты (плюс несколько батальонов резерва), один саперный батальон, 24 - 30 тяжелых осадных орудий.

Наши силы были куда скромнее: так называемую Сосненскую позицию (от д. Белогронды до д. Сосня) занимали пять рот (1-я, 9-я, 10-я, 11-я, 12-я) 226-го пехотного Землянского полка и четыре роты ополченцев. Всего девять рот (около 1,5 тысяч штыков). 3-й батальон землянцев той ночью находился на отдыхе в Заречном форту.

Газы убийственное дело совершили. Потери оказались огромны: 9-я, 10-я и 11-я роты землянцев погибли целиком, от 12-й осталось около 40 человек при одном пулемете; от трех рот, защищавших Белогронды, оставалось около 60 человек при двух пулеметах. Так - по Хмелькову. Буняковский называет иную цифру: «ко времени подхода немцев к позиции число защитников ее определялось в каких-нибудь 160 - 200 человек, способных действовать оружием. Выдвинутые из Заречного форта для контратаки 3 роты землянцев также по пути потеряли до 30% одними отравившимися газами». Негусто…

Однако газ нанес существенный урон и германцам. Как утверждает в военно-научном труде «Химическое оружие на фронтах мировой войны 1914 - 1918 гг.» («Воениздат», 1935) один из крупнейших советских специалистов тех лет А. Де-Лазари, «заняв Сосня, германцы потеряли от собственных газов до тысячи человек».

Лихой атаки не вышло. Да, центральные участки, где практически все защитники погибли, немцы взяли. Но участки у д. Белогронды и правее д. Сосня наши (отравленные, полуживые) удержали. А тут вступила в дело и крепостная артиллерия. Германцам пришлось туго. Подошедшие из Заречного форта три роты землянцев, поддержанные ротой резерва, вышибли немцев с занятых ими позиций.

Тогда-то и случилась легендарная «атака мертвецов». Слово С. Хмелькову: «Начальник 2-го отдела обороны выслал с Заречной позиции для контратаки 8, 13 и 14-ю роты 226-го Землянского полка. 13 и 8-я роты, потеряв до 50% отравленными, развернулись по обе стороны железной дороги и начали наступление; 13-я рота, встретив части 18-го ландверного полка, с криком «ура» бросилась в штыки. Эта атака «мертвецов», как передает очевидец боя, настолько поразила немцев, что они не приняли боя и бросились назад… 14-я рота, соединившись с остатками 12-й, выбила немцев из окопов Сосня».

В общем, «к 11 час. Сосненская позиция была очищена от врага, крепостная артиллерия перенесла огонь на подступы к позиции, но противник атаки не повторил».

Командовал 13-й ротой (точнее - ее остатками) 20-летний пскович, выпускник военно-топографического училища 1914 года, служивший по корпусу военных топографов и прикомандированный к 226-му Землянскому, подпоручик Владимир Котлинский. В бою он был смертельно ранен. Захоронен поначалу в Осовце, затем тело перевезено его матерью на родину - в Псков.

13-ю повел вперед польский дворянин, опять же не полковой офицер, а подпоручик 2-й крепостной саперной роты 20-летний Владислав Стржеминский. На тот бой он вызвался охотником, т.е. добровольцем. Стржеминский проживет потом очень не простую жизнь. Станет известным, но официально не признанным в Польше художником-авангардистом. Сначала его обвинят в связях с большевиками, затем - в следовании тлетворному влиянию Запада. Умер 26 декабря 1952 г. в полной нищете от прогрессирующей формы туберкулеза. Сегодня - гордость Польши, «второй Малевич». С Малевичем (равно как с Шагалом и Кандинским), кстати, Стржеминский познакомился и немало общался во время проживания в послереволюционном Смоленске. Пять лет назад поляки отчеканили «стржеминские» монеты в два и 20 злотых.

Имена участвовавших в «атаке мертвецов» нижних чинов пока неизвестны. Есть вероятность, что там были воронежские ратники. Нужно продолжать архивные поиски.

В сражении солдаты из Воронежской губернии точно участвовали. Многие погибли. Вот мартиролог, составленный Виктором Бахтиным.

Умерли (в основном в день атаки 24 июля, но кто-то и в госпиталях днем-другим позже) от отравления удушливыми газами у крепости Осовец: ряд. Моисей Бугаков (Воронежского у.); ст. унт.-оф. Иван Дочкин (Березовской волости); ряд. Антон Ермолов (Землянского у.); ст. унт.-оф. Петр Калуцкий (Воронежского у.); мл. унт.-оф. Григорий Климов (с. Ниж. Липовец Землянского у.); ст. унт.-оф. Митрофан Комаров (Воронежского у.); ряд. Федор Лысиков (Верхнехавской в.); ряд. Семен Овсянников (Землянского у.); ряд. Никанор Палаган (Подгоренской в.); ефр. Яков Пядухов (Верхнехавской в.); ряд. Иван Данилович Сердюков (Воронежской губ., уезд не указан); ст. унт.-оф. Сергей Степанов (Воронежского у.); мл. унт.-оф. Петр Шепилов (Землянского у. Никольской в.).

В полковых документах указано место захоронения одного из пострадавших от газовой атаки - Степана Андреевича Пендюрина (Задонского уезда): православное кладбище в г. Белостоке.

И еще один момент. 20 июня 1915 г. в разведке под крепостью был убит унтер-офицер Акоп Петрович Закарян - мещанин г. Воронежа. Вряд ли сто лет назад многие из мещан губернского центра носили фамилию Закарян. Не проживают ли сегодня в Воронеже потомки или родственники Акопа Петровича? 

Вместо заключения

Осовец русские войска оставили сами. Если так можно выразиться, в плановом порядке. В связи с изменением боевой обстановки. Через две недели после газовой атаки. Эвакуация крепости завершилась 9/22 августа. При уходе наши все, что было возможно, либо подорвали, либо сожгли.

На рапорте коменданта Осовца Николай II начертал резолюцию: «Выражаю самую горячую благодарность всему составу доблестного гарнизона Осовца».

А генерал Бржозовский в своем приказе отметил: «В развалинах взрывов и пепле пожаров гордо упокоилась сказочная твердыня, и мертвая она стала еще страшнее врагу, всечасно говоря ему о доблести защиты. Спи же мирно, не знавшая поражения, и внуши всему русскому народу жажду мести врагу до полного его уничтожения. Славное, высокое и чистое имя твое перейдет в попечение будущим поколениям. Пройдет недолгое время, залечит Мать Родина свои раны и в небывалом величии явит миpy свою славянскую силу; поминая героев Великой Освободительной войны, не на последнем месте поставит она и нас, защитников Осовца».

Источник: http://v-kurier.ru/9-j-razdel1/na-toj-vojne-neznamenitoj/