Международный институт генеалогических исследований
Карта сайта Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

Николай Судзиловский

23.06.2014

Сегодня имя Николая Константиновича Судзиловского забыто даже историками. А зря. Ведь биография революционера-народника, объездившего полмира, побывавшего президентом Гавайских островов и тесно связанного с саратовской землёй, могла бы послужить основой какого-нибудь приключенческого сериала или захватывающего романа. Впрочем, сегодня мало кто увлекается литературой, а сериалы принято снимать никак не про героев освободительного движения. Так что воспринимайте эту статью просто как дань истории – 140 лет назад, в марте 1874 года 23-летний Судзиловский приехал из Петербурга в нынешнее саратовское левобережье. По одной из версий, первым пунктом прибытия молодого народника в наши края стала Покровская слобода (ныне – Энгельс), куда его направили для модного в те времена в революционной среде «хождения в народ».
Не исключено, что Покровск был выбран студентом Судзиловским неспроста. Детство уроженец Могилёва Николай Константинович Судзиловский провёл под Новоузенском у родственников (в те годы Покровск входил в Новоузенский уезд Самарской губернии). Отец будущего революционера удачи некогда был состоятельным дворянином: происхождение фамилии Судзиловских связано с имением Судзилы в деревне Фастов Мстиславского уезда Могилёвской губернии. Однако в какой-то момент дела у Константина Судзиловского пошли под откос, его семья обеднела, что, однако, не помешало родителям дать образование Николаю и его семерым братьям и сестрам. «Избыток знаний» четверо братьев и их сестра конвертировали в революционную деятельность.
После нескольких месяцев в Покровске, летом 1874 года, Николай Судзиловский переезжает в Николаевск (ныне – Пугачёв), где жил его брат Сергей, тоже активный участник народнического движения. Не исключено, что переезд был вызван тревожными для народников событиями в Саратове 31 мая 1874 года. В этот день полиция «накрыла» подпольный центр в одноэтажном домике на улице Царицынской (здание сохранилось до наших дней, его адрес: ул. Киселёва, 6). Официально тут располагалась обувная мастерская сапожника и революционера Иоганна Пельконена, в которой было что-то вроде нелегальной штаб-квартиры. Здесь готовились к хождению в народ (обучившись сапожному делу, подпольщики планировали бродить под видом ремесленников по губернии, изучать нужды и настроения народа и планировать направление дальнейшей деятельности), а также хранили запрещённую литературу. В последний день мая 1874 года Пельконена арестовали, вместе с ним в Саратовской и других губерниях задержали 193 революционера-народника.
Обострение репрессий толкало к кочевому образу жизни. Впрочем, по другим данным, Судзиловский ещё в марте 1874 года приехал в Николаевск, а вовсе не в Покровск, где если и бывал, то проездом и мимолётом.
В Николаевске устроился фельдшером в местную больницу. На работу его принял доктор Александр Кадьян – тоже революционер, выпускник Петербургской медико-хирургической академии, участник студенческих волнений, сотрудничавший с народниками и помогавший им.
Помимо профессиональных хлопот, у фельдшера Судзиловского в Николаевске были и революционные дела, а именно – работа с компактно проживающими на берегах Иргиза раскольниками-старообрядцами (их народники считали своей потенциальной target-группой) и участие в неудачной организации побега заключённых-единомышленников из местного острога. По рекомендации доктора Кадьяна Судзиловского приняли не в обычное, а в арестантское отделение больницы. Фельдшер-подпольщик должен был привлечь на сторону народников несколько больных, с их помощью нейтрализовать охранников и открыть ворота тюрьмы. Часть операции удалось провернуть, однако освободить политических заключённых из николаевского централа не вышло. 14 июня один пациент пригласил конвоиров на стакан чая, в который Судзиловский подсыпал снотворное. Вскоре препарат подействовал, и арестанты направились открывать тюремные ворота, но один из охранников не успел уснуть и поднял тревогу. Побег не удался.
В это время, вслед за разгромом мастерской Пельконена в Саратове, арестовали многих народников. Вскоре они будут проходить по т.н. «делу 193-х», в том числе и группа Порфирия Войнаральского, в которой принимали участие Александр Кадьян и Николай Судзиловский. К Войнаральскому был особый интерес. Ведь, как отмечается в книге Г.А. Мишина «Событий и судеб сплетенье», в начале 1874 года он изощрённо поиздевался над самим николаевским приставом (начальником уездного участка МВД): напал на чиновника в степи, обезоружил и отстегал от души плетью.
Кадьяна арестовали 24 июня 1874 года, а Николая Судзиловского схватить не удалось. Узнав о преследованиях, он, по одной версии, уехал с братом в Самару, по другой – в Нижний Новгород.
Вот что рассказывается в книге М. Иосько «Николай Судзиловский-Руссель. Жизнь, революционная деятельность и мировоззрение», изданной в Минске в 1976 году. После неудавшегося побега подъезды к Николаевску перекрыла полиция, на квартиру Судзиловского пришли полицейские, чтобы арестовать его вместе с соратником (и, кстати, земляком-беларусом) Сергеем Коваликом. Однако какими-то окольными путями Ковалик и Судзиловский добрались до Волги, где решили переправиться на пароме на правый берег Волги в район Вольска, чтобы там раствориться в толпе, а затем на пароходе отправиться в Нижний Новгород.
Приведем цитату из книги:
«Паром медленно разворачивался кормой по течению. Вдруг из-за пригорка вынеслась тройка. Раздались полицейские свистки. Паром затормозил и снова причалил к берегу. Первым попросили сойти с парома молодого господина. Им оказался помещик соседней губернии, направлявшийся на нижегородскую ярмарку. Предъявив приставу паспорт, он, сдерживая гнев, дал понять блюстителю порядка, что не оставит без последствий этот инцидент и пожалуется самарскому губернатору. Второй пассажир, оказавшийся тоже подозрительным, был немцем-колонистом. Коверкая русские слова, немец наотрез отказался сходить на берег. До пристава донеслись обрывки фраз, из которых он понял, что и с этим пассажиром произошла ошибка. Пришлось извиниться. Бежавших из Николаевска преступников полиция на пароме не обнаружила, хотя по имеющимся у пристава приметам двое этих господ чем-то напоминали их. В роли помещика выступил С.Ф. Ковалик, в роли колониста – Н.К. Судзиловский, довольно хорошо владевший немецким языком. Поднимаясь вверх по Волге, они удачно избежали встреч с сыщиками и жандармами, которые на каждой остановке проверяли пассажиров».
В Самаре Ковалик и Судзиловский расстались. Первый вскоре попал в руки местной полиции и четверть века провёл в тюрьмах и на каторге. Второй же каким-то чудом избежал ареста и навсегда покинул Россию – за рубежом Судзиловского (взявшего себе псевдоним Руссель) ожидали интересные события. Встреча с Марксом и Сунь Ятсеном, создание социалистического движения в Румынии и участие в антиосманском восстании в Болгарии, переезд в Северную Америку, президентство на Гавайских островах и попытки социалистических экспериментов, прерванные вмешательством США.
Судзиловского серьёзно помотало по планете. В последние годы жизни он решил вернуться на родину, ставшую социалистической и близкой его сердцу (хоть Николай Константинович и расходился во взглядах с большевиками). Новая власть не забывала старого революционера – Судзиловский получал от советского правительства персональную пенсию, был членом Всесоюзного общества политкаторжан, публиковался в журнале «Каторга и ссылка».
Но в Россию он так и не вернулся. По пути на родину из Китая он заболел пневмонией и 30 апреля 1930 года умер в возрасте 79 лет.

* * *
Николай Судзиловский был не только революционером и подрывателем основ. В медицине он открыл фуксинофильные тельца; стал первооткрывателем и исследователем ряда островов в Тихом океане. Помимо этого практически и теоретически занимался этнографией, энтомологией, химией, биологией и агрономией. В «Новейшем философском словаре» Николай Константинович назван «первым и последним энциклопедистом XX века».
«Если подвести итоги его изумительно содержательной жизни и всему тому, что он сделал и что видел, конечно, этого содержания с избытком хватит не на одну столетнюю человеческую жизнь»,– это слова из некролога Судзиловского, опубликованного в журнале «Каторга и ссылка». И одна из жизней (пусть даже с историческими загадками) была прожита на территории нашего региона.

Источник: http://om-saratov.ru/blogi/20-june-2014-i12228-nikolai-sudzilovskii