Международный институт генеалогических исследований
Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

Иркутск: об орках, бабрах и пиратах ангарского моря

14.12.2013

Бывает так, что стремясь куда-то, мы недостаточно внимательно присматриваемся к порталу, через который проникаем к заветной цели, минуем его походя, не оглядываясь. Рассматриваем лишь как один из этапов на пути к финальной дестинации. С одной стороны, это если и неправильно, то по меньшей мере логично, а с другой… С другой — стоит ли лишать себя дополнительных впечатлений от путешествия?

В какой-то степени приведенное выше утверждение справедливо для Иркутска. Немалая доля из числа туристов, стремящихся попасть на Байкал и воспользовавшихся для этого воздушной гаванью Иркутска, минует город, почти не задерживаясь в нем, спеша к своей мечте. Чтобы исправить эту ситуацию, надо всего-навсего пару дней — именно столько времени, по мнению специалистов иркутской туристско-информационной службы, достаточно для того, чтобы посмотреть основные достопримечательности и составить впечатление о городе ссыльных, купцов и промышленников.

Ссыльные
Они, как выясняется, бывают разные. Иногда это лихие люди — воры и душегубы, фартовые с Хитровки или Сухаревки, а иногда — цвет дворянства и опора государства, отпрыски знатных родов, офицеры гвардии и простых армейских полков, аристократичные, образованные, смелые — на груди многих будущих невольных жителей Сибири поблескивали разноцветной эмалью боевые ордена за Отечественную войну 1812 года и заграничные походы 1813-14 годов. Чертой, разделивший жизнь на до и после, стал день 14 декабря 1825 года, превративший их в декабристов. Восстание провалилось, за ним последовали следствие и суд, после которого в Сибирь потянулись несостоявшиеся вершители судеб отечества.

Нет худа без добра — декабристы принесли с собой отблески большого столичного света, занимались научными изысканиями, их дома становились центрами культуры. Так было не сразу и не со всеми. Большая часть из числа тех, кому было определено проживать в Иркутской губернии, после каторги довольствовались селами близ города, в самом Иркутске было разрешено жить только Волконским и Трубецким — именно их дома составили основу музея, посвященному тому времени и людям XIX века.

Дом-музей Волконских
Это некогда жилое помещение вполне подходящее место для того, чтобы понять, как жили сосланные в Сибирь представители известнейших фамилий. Внешне дом выглядит вполне в стиле, которому симпатизировали состоятельные иркутяне того времени, разве что смотрится он несколько изящней добротных купеческих построек и проглядывают сквозь его деревянные стены, украшенные разнообразными элементами декора, ностальгические нотки, напоминающие о московских и петербургских княжеских владениях.

Внутреннее убранство дома Сергея Григорьевича Волконского еще более возрождает ассоциации с вынужденно покинутыми родовыми гнездами этого знаменитого рода. Через какое-то время появляется ощущение, что ты попал в светский салон, а в этой самой парадной зале через несколько минут начнется музыкальный вечер и кто-нибудь из гостей или самих хозяев сядет за рояль и будет играть.

Несмотря на то что интерьеры восстановлены по образу и подобию прежних, некоторые предметы — подлинные. Такие, например, как рояль, принадлежавший Марии Николаевне, добровольно последовавшей за супругом в Сибирь и пробывшей с ним в ссылке 28 лет — до самой амнистии. Как только им разрешили вернуться, Волконские со всей возможной поспешностью распродали имевшееся имущество, везти которое с собой было нецелесообразно, и уехали. В отличие от немалого количества декабристов, решивших доживать свой земной век в Сибири.

Еще одним артефактом, хранящимся в музее, являются кольца, чья история оказала бы честь любой love story. По возвращении из ссылки Сергей и Мария Волконские пришли к ювелиру и сделали не совсем обычный заказ — мастер должен был изготовить пару колец из… звена от кандалов, которые Сергей Григорьевич носил в каторжный период своего пребывания в Сибири. Такой вот символизм и свидетельство настоящих чувств.

В том же зале есть своеобразная мемориальная стена, посвященная Волконскому. Здесь он не каторжник и не государственный преступник. Генерал-майор, командир дивизии, Владимир 4-й степени за Пултус, крест за Прейсиш-Эйлау, еще один Владимир, но уже 3-й степени — за Березину, Георгий — за дело при Калише, Анна — за битву при Лютцене — множество названий географических пунктов, оставивших немалый след в истории наполеоновских войн и русской армии. В довершение — портрет князя, выполненный для Военной галереи Зимнего дворца. На соседней стене — фотография Волконского через много лет. Пожалуй, единственное сходство изображенного на ней пожилого человека с красавцем генералом — глаза. Строгий взгляд мимо смотрящего на портрет свидетельствует о большой внутренней силе, которая очень пригодилась этому человеку в жизни. И на войне, и на каторге.

Еще одно уникальное место этого дома — оранжерея. Рассказывают, что с появлением декабристов, в Иркутске появилась мода на выращивание экзотических для этих мест растений. Особым почетом пользовались цитрусовые. Мария Николаевна при помощи домочадцев вырастила в одном из флигелей настоящие джунгли, восстановленные сейчас трудами работников музея. Особенно колоритно этот островок далекой флоры смотрится на фоне сибирской зимы, рисующей на больших панорамных окнах причудливые узоры и заметающей бесконечными снегами все вокруг.

Музей истории Иркутска
Кстати о погоде. Неудача с ней — дело житейское. Хотя Иркутск — город с большим количеством солнечных дней, радующих его жителей и гостей, бывает и так, что на него опускается молочная пелена тумана или из сгустившихся туч на землю накрапывает затяжной дождь, добавляющий в окружающий мир серых тонов. Не беда. Непогоду можно переждать с пользой — например, продолжить знакомство с иркутскими музеями, достойное место среди которых занимает Музей истории города.

Если театр начинается в вешалки, то музей, особенно исторический — с внешнего вида. Двухэтажный особняк 1884 года, в котором и находится это заведение, радует глаз свежим ремонтом — последствия недавнего 350-летнего юбилея Иркутска налицо. Внутри все тоже вполне на уровне — традиционный историко-краеведческий контент представлен с применением всяческих достижений музейной науки и техники и выглядит интересно. Здесь, например, можно походить над археологическим раскопом — прикрывающее его стекло, по словам экскурсовода, выдерживает чуть ли не пять тонн. Попрыгали. Пять тонн, конечно, не набралось, но запас прочности явно остался.

Музейные залы таят в себе немало любопытного. Присмотритесь к некоему глазковцу — представителю народа, проживавшего в Прибайкалье 3,5 тысячи лет назад. При нас через зал проследовало две школьные экскурсии, в каждой из которых нашлось несколько юных знатоков творчества Джона Рональда Руэла Толкина и экранизаций его книг, при виде древнего человека, начинавших пихать товарищей локтями и перешептываться. Действительно, воин в одежде из шкур и меха, сжимающий в руке копье, очень напоминает орка. В немалой степени этому способствует зеленый цвет кожи. Может, мы действительно чего-то не знаем?

В музее можно познакомиться с историей города — от его основания в 1661 году и до самого недавнего прошлого, с остановками на основных вехах его существования. Отцы-основатели в виде суровых воинов, облаченных в кольчуги и стрелецкие кафтаны, домовитые старообрядцы, предприимчивые купцы, дамы в шикарных платьях, чиновники и гимназисты, путешественники и первопроходцы — всех их можно встретить тут. Еще шаг — XX век, войны и наше недавнее прошлое, ставшее музейным экспонатом. В составе все той же беспощадно-всепроникающей школьной группы нашлись те, кто уверенно опознал в выставленном в витрине холодильнике и еще некоторым предметам интерьера и обихода аналогичные их домашним.

Бабр из 130-го квартала
Но вот и распогодилось. Теперь — гулять по городу! Вниманию путешественников предлагается 130-й квартал. За этим загадочным названием кроется зона исторической застройки, состоящая из отреставрированных и вновь построенных зданий — таким Иркутск был сотню лет назад. Помимо полноценной туристической инфраструктуры, сформированной по принципу "и стол, и дом", здесь есть один весьма любопытный памятник — изображение бабра. Бабр — зверь невиданный, похожий скорее на пантеру, чем на тигра, с которым его ассоциируют. Помимо зоологии, есть в жизни бабра место и для геральдики — если вы увидите герб, на котором этот зверь тащит соболя вправо, то это герб Иркутска, если влево — Иркутской области. Сравните скульптурное изображение и герб — бронзовый бабр хищен и подтянут, современный геральдический — явно расслабился.

Говорят, местные художники пошутили по этому поводу, изобразив стилизованного кота, несущего в зубах рыбу. Неожиданно для самих создателей новое графическое прочтение стало популярно, и туристы с большой охотой раскупают магнитики с таким вариантом герба.

Логическим продолжением 130-го квартала может стать визит в Дом Европы — два эти объекта хоть и находятся на разных улицах, но достаточно гармонично сочетаются, если бы кто-то вдруг решил поставить их вместе. Здесь потише, чем в логове бабра, но тоже есть чем заняться, что поесть, где переночевать и что посмотреть — кафе, гостиница, Музей городского быта. И не забудьте заскочить в расположенный здесь же офис туристической службы за консультациями и бесплатной картой.

Джек Воробей
Иркутск неотделим от своих рек, главными из которых являются Ангара и Иркут. Все то же 350-летие подарило городу благоустроенную набережную, имеющую, пожалуй, две архитектурные доминанты.

Первая — Московские ворота — триумфальная арка, обозначавшая некогда начало Московского тракта, ведущего из Иркутска в европейскую часть России. То здание, что сейчас можно увидеть на Нижней Набережной, выражаясь букинистическим языком — репринт постройки 1813 года, простоявшей 115 лет и разобранной по ветхости. С 2011 года оно вновь радует глаз иркутян и гостей города эклектикой Ренессанса, ампира и романского стилей.

Вторая доминанта — памятник основателям города, подаренный Иркутску все тем же щедрым 2011 годом. На гранитном монументе застыл воин — немного усталый, но уверенно сжимающий ружье. Расслабленная поза как бы свидетельствует о внутреннем удовлетворении, которое он испытывает от сделанной работы — многие и многие версты пройдены не зря, и теперь бронзовый первопроходец с постамента взирает на продолжение дела рук своих — город из небольшого острога вырос вполне себе приличный и симпатичный. Философские размышления прервал житель Иркутска, ковырявшийся неподалеку в своем жигуленке, так некстати для владельца решившем устроить незапланированный пит-стоп. Видя зависшего около памятника человека с фотоаппаратом, водитель посчитал нужным внести свою лепту в мое постижение города и, подойдя поближе, заговорщически сообщил: "Джек Воробей". Так выяснилось, что памятник первопроходцам-основателям в народе именуется в честь известного киношного пирата. И ведь похож, зараза!

Широкими мазками
И это далеко не полный перечень того, что стоит посетить в городе на Ангаре. Начиная с 90-х годов прошлого века на улицах Иркутска появилось множество памятников. Если вы склонны к монументальности, то отдайте должное памятнику императору Александру III, который был бы вполне к месту на одной из площадей Северной Пальмиры, или Колчаку у Знаменского монастыря. Военный моряк и ученый, ставший в годы Гражданской войны верховным правителем России, был связан с этим городом более тесно, чем это сейчас принято освещать. Иркутск был не только его ставкой и местом трагической гибели. Лейтенант Александр Колчак провел здесь немало счастливых дней, отсюда уходили полярные экспедиции, в которых он принимал участие, и до сих пор стоит Харлампиевская церковь, где будущий адмирал сочетался законным браком с девицей Софьей Омировой.

Из менее серьезных — как с точки зрения формы, так и содержания — следует упомянуть памятники кошке, киноманам или нам с вами — в виде зачарованного окрестностями туриста.
Последний штрих в туристическом эскизе, который можно набросать в сознании за скромные два дня пребывания в городе, — храмы. Относительно их включения в туристический маршрут существует несколько точек зрения, высказываются мнения pro et contra. Но пока суть да дело можно посетить, к примеру, Казанскую церковь с иконостасом, сделанным из 70-тонной гранитной глыбы, или Спасскую — самую старую каменную церковь в Восточной Сибири.

Когда Иркутск из таинственного незнакомца превратится в доброго приятеля и часть его тайн и секретов по дружбе станут и вашим достоянием, настанет время прощаться — ведь, как вы помните, нас ждет Байкал. Он совсем недалеко — в 68 километрах. Если ехать по дороге из Иркутска в поселок Листвянку, то первое свидание с ним состоится в том месте, где Байкал расстается с красавицей Ангарой и на противоположном ее берегу виднеются строения порта Байкал — не удивляйтесь, здесь очень и очень многое носит имя главной достопримечательности. И не думайте, что можно просто так взять и без остановок доехать до озера-моря — по дороге немало интересного.

Алексей Светозарский


РИА Новости http://ria.ru/tourism_navigator/20131213/983901100.html#13870107411643&message=resize&relto=register&action=addClass&value=registration#ixzz2nRBHrmb5

Источник: http://ria.ru/tourism_navigator/20131213/983901100.html#13870107411643&message=resize&relto=register&action=addClass&value=registration