По следам каганов

Начиная с 618 года, в Мерке находилась ставка потомка Истеми - первого правителя Западного тюркского каганата Тон Ябгу - кагана...

По следам каганов
http://www.press-uz.info/ru/content.scm?topicId=2803&contentId=100050

12/08/2007 14:59:32
Искандер АМАНЖОЛ,
Айман ДОСЫМБАЕВА, Жамбылская область


Солнце начинает припекать. «Уже скоро», - сказал один из участников экспедиции. Снимаю с руки часы, кладу их на стол и пристально наблюдаю за перемещением минутной стрелки по циферблату. Все правильно, как мне и говорили, ровно в десять минут одиннадцатого задул ветер. Минута в минуту. Складывается впечатление, что согласно раз и навсегда заведенному распорядку хозяин местности проснулся, встал с койки и первым делом включил свой кондиционер. И так, каждый божий день. В генеалогическом мифе «славных и благородных» тюрков говорится, что их самый дальний предок был отмечен дуновением ветра и наделен умением вызвать его и дождь. Удивительнейшее место - долина реки Каракыстак, сообщает газета "Деловая неделя" (Казахстан).


В отсутствие непрерывной городской культуры на большей части Казахстана значение каждого обнаруженного памятника невозможно переоценить


Конфессиональная мешанина

Впрочем, чему удивляться-то, был период, когда Тараз назывался Аулие-Ата. Там на берегу реки Талас на холме Тек-Турмас археологи обнаружили захоронения зороастрийцев, а под ними останки приверженцев вероучения Мани. Ряд ученых предполагают, что основной трактат «Покаянная молитва - Хуастуанифт» манихейцев писалась в Таразе. По мнению авторитетного востоковеда Кляшторного, еще одно их сочинение «Священная книга двух основ» была написана в «золотом городе Аргу-Таласе», а это тоже одно из названий Тараза. Купцы и миссионеры, передвигаясь по Шелковому Пути, распространили это вероучение от Персии до Китая и Италии. Последователи этого культа жили замкнутыми общинами, призывали люд к суровой аскезе и самоуничтожению, добровольному уходу из этого мира зла. Сомнительно, что оно было широко распространено в здешних местах, поскольку номады всегда отличались жизнелюбием. С укреплением зороастризма в Персии манихейство стало гонимым. В назидание всем последователям нового учения Мани был жестоко казнен: с него живым содрали кожу, а отрезанную голову выставили на шесте для всеобщего обозрения. В свою очередь зороастризм был вытеснен исламом.
Как мне представляется, тенгрианству номадов был ближе митраизм. И вот почему: Митра охранял клятвы и наказывал клятвопреступников и обманщиков, был хранителем стад и пастбищ. Поэтому оно еще долго сохранялось, несмотря на приход зороастризма. Каждое из былых вероучений оставило свой след. Все это живо и поныне, оно стало настолько привычным, что мы просто не обращаем на них внимание. Многие исследователи склонны видеть в этом многообразии истоки нашей толерантности.
Начиная с 618 года, в Мерке находилась ставка потомка Истеми - первого правителя Западного тюркского каганата Тон Ябгу - кагана, в обязанность которому вменялось управление согдийскими городами - государствами Семиречья и среднеазиатскими государствами. Встречается и другое написание его титула - Джабгу. Было два союза, по пять племен в каждом, отсюда и их название - народ «десяти стрел». Как это остроумно отметил Гумилев, «вся разница состояла в диалектах: йокающего и джокующего». Каган был не только военным вождем, но и первосвященником и дважды в год ездил на святое место, где приносил жертву предкам и духу неба. В 626 году в ставке кагана побывал буддийский проповедник Прабхакарамитра, несколькими годами позже еще один последователь Будды, но теперь из Китая монах Сюань Цзан. Им был оказан теплый прием. Что касается нас, то мы и направляемся к этому «святому месту».
В персидском источнике «Худуд ал-Алам (Границы мира)», датируемом 982 годом, древний автор пишет о Мерке как о «городе, населенном халлухами (карлуками) и посещаемом купцами». Сейчас этот труд назвали бы путеводителем: «Шельджи, Тараз, Такабкат, Фарункат, Мирки (Мерке. - «ДН») и Навикат - селения, где проживают как мусульмане, так и тюрки. Это место, приятное для купцов, это карлукские ворота. В Фарункате, Мирки и Навикате тюрки многочисленны». Персы отмечали одну особенность тюрков: «Чем дальше они находятся от своих жилищ, тем больше растет их сила, и они более высоко расцениваются, они становятся эмирами и сипахсаларами (военачальниками. - «ДН»)».


К дому богов


В недавно обнаруженных текстах из Восточного Туркестана, опубликованных исследователем Климкейтом в 2001 году, говорится: «И на вопрос о том, куда направляются люди, они отвечают: к дому богов, для поклонения, и посвящения и жертвоприношения перед ними». К идолам обращались следующим образом: «достойный похвалы, дающий благо, первый предок». Поклонялись пяти тенгри: богу легкого ветра, богу ветра живого, богу воды, богу света живого и богу огня, которые вступили в сражение со своими антиподами.

Заночевав в Мерке, с утра отправились на базар за припасами. Примечательно, что он находится на том же месте, что и десятки веков назад. Пока суть да дело, в сопровождении самого молодого участника экспедиции Алана поднялся на холм. На его вершине находился арк - крепость, где селилась знать. Чуть ниже шахристан - административный центр селения. Время безжалостно, стены сооружений под воздействием осадков оплыли до такой степени, что практически сравнялись с землей. Но до сих пор в них угадываются валы, можно различить внешний периметр сооружений и внутренние стены. Казалось бы, они выглядят как обычная насыпь, но нет, достаточно грунту осыпаться, как обнажается хорошо различимая кладка из сырцового кирпича. Скорее всего, эти постройки можно отнести к раннему средневековью. Сверху Мерке, как на ладони. У подошвы холма - рабат, место, где селились ремесленники. Ну а где они, там и шумное торжище, какой же город без него. Воображение рисует караваны и караван - сараи, бородатых чалмоносных купцов. Когда-то через согдийского купца по имени Нахбанд, бывшего доверенным лицом основателя первого тюркского кагана Тоуманя (Бумына), китайцы получили первые достоверные сведения о тюрках. Теперь ничего подобного здесь нет, хотя товары по-прежнему китайские. Ну, вот и все, необходимые покупки сделаны, пора трогаться в дорогу.

Как это было установлено японской исследовательницей Наито Мидори, древним названием города Мерке и его окрестностей было -Земля Тысячи источников. Действительно, родников здесь много. Безымянный автор «Худуд ал-Алам» был абсолютно прав: местность дарила прохладу, а в этих местах тюркский каган скрывался от жары. Эти земли входили в состав Западного тюркского каганата. Что касается населения, то в источнике говорится, что к востоку от области Тухс (Тухус): «Пределы чигилей, на юге - халлухи (карлуки) и их гористые пристанища, на западе - часть хирхизов (кыргызов), на севере от нее - чигили. Эта область намного приятней чигильской. Их богатства в лошадях, овцах, палатках и разных мехах. Зимой и летом они кочуют по пастбищам, полям и лугам».

Вскоре сворачиваем с трассы на грунтовую дорогу. Старый уазик и не менее древний Газ-66, отчаянно скрипя, медленно переваливаются с кочки на кочку. Въезжаем в распадок между горами, скорость снизилась до 10-15 км в час. Натяжно поднимаемся по серпантину все выше и выше. Временами дорога оказывается ложем горной реки. Еще в советские времена один из здешних чабанов, поддерживающий хорошие отношения с работниками Меркенского райкома партии, убедил их в том, что эти места подходят для отгонного животноводства. Не знаю, сколько застолий он организовал, но добился-таки своего. Разок - другой по этим местам проехался бульдозер, вот и появилась «дорога орлов». В радиаторе 66-го закипела вода. Перекур. Алан чуть не наступил на змейку. Жуя бутерброды и поочередно прикладываясь к бутылкам с минералкой, оглядываем открывшийся с перевала завораживающий вид на долину. Она представляет собой замкнутый мир, со всех сторон ограниченный горами. Именно здесь находится большое количество курганов, каменных изваяний и алтарей. Бируни отмечал: «Люди (других) религий порицают нас за то, что мы поклоняемся Солнцу и Луне, и воздвигаем им изображения в качестве идолов, ибо они не ведают их подлинной сущности, а именно того, что они являются нашими путями и вратами в мир нашего бытия». Казахстанский ученый Юрий Зуев писал: «Представление о камне как обители бессмертного божества, «доме бога», его воплощение известно многим народам древности и бытует до сего времени, потому что камень вечен, как сам бог». Находящееся в зоне альпийских лугов верховьев реки Мерке святилище сохранилось почти в первозданном виде. Кстати, труд Зуева «Ранние тюрки. Очерки истории и идеологии», при соответствующей подготовке, читается просто как захватывающий бестселлер.


Древние некрополи

Японская исследовательница права, конечно, источников не тысяча, гораздо больше. Останавливаемся у родника. Напившись, расчищаем его от камней и убираем свидетельства чужих возлияний. И снова в путь. Еще пару часов дорожных мытарств и мы на месте. Разгружаем снаряжение. Вскоре раздается последнее блеяние барана, которого сторговали у чабана. Устанавливаем газовый баллон и плиту, и затем, пока женщины приступают к готовке ужина, начинаем натягивать палатки. Здесь и близлежащих саях (оврагах) обнаружено 74 каменных изваяний, среди которых половина - это женские статуи. Надо полагать, что в древнем кочевом обществе женщины пользовались значительным авторитетом.
Эти места исследуются уже не один год, и каждая последующая экспедиция обнаруживает все новые и новые изваяния. Их обилие свидетельствует о том, что эти места служили для наших предков местом поклонения и проведения ритуалов и обрядовых действий. В двухстах метрах от лагеря начинается гряда курганов. Всего же в состав святилища входят 38 комплексов. По мнению ученых по времени установления они соотносятся «со временем существования первого тюркского каганата». При раскопках одного из курганов обнаружено захоронение, головой ориентированное на запад. В изголовье погребенного найден лепной круглодонный сосуд. Судя по костям, в нем лежала баранина и вертикально воткнутый нож. Неподалеку еще одно захоронение, оно детское. Тело было подвергнуто сожжению.
В одном могильнике вместо человеческих останков были обнаружены два каменных изваяния: женское и мужское, причем первое лежит лицом на северо-запад, второе - на юго-восток. Мужское было сделано из гладкозернистого гранита красного цвета, женское - из зернистого гранита черного цвета. Допустима мысль, что с приходом ислама, расставаясь с предыдущим вероучением, тюрки тайком хоронили так своих древних богов. Великий Низами писал, что у тюрков существовал обычай поклоняться каменному идолу - женскому божеству. О нем - только у скифов - упоминал «отец истории» Геродот. В коллекциях музеев есть женские изваяния, чаще всего держащие в руках чашу, иногда - птицу. Примечательно, что в Румынии близ села Петроссы в 1837 году был найден клад. Одним из предметов было золотое блюдо, в центре которого была изображена женщина, держащая чашу. Согласно заключению ученых: «Манера держать сосуд, подетальная прорисовка пальцев рук, придерживающих сосуд, расположение последнего на уровне живота идентичны иконографии кыпчакско-половецкой скульптуры». А вот и ужин поспел. На небе высыпают первые звезды. С каждым мгновением их становится все больше. Постепенно первые восторги от нашего здесь пребывания утихли, пора на боковую.


Реликтовые места

Утро. Иду к речке умываться. Первые лучи солнца, преломляясь в каплях росы, радужно мерцают на стеблях растений. Наблюдаю за стаей птиц, у которых хвост, крылья, шейка и головка черного цвета, а спина и брюшко - розового. Я не очень разбираюсь в пернатых, но, судя по всему, это одни из красивейших птиц Казахстана - райские мухоловки (Terpsiphone paradisi). В полете они слаженно совершают плавный разворот и разом садятся на куст и тут же начинают оживленно щебетать. Здесь же обитает редкая малоизученная «птица счастья» - кумай (Gyps himalayensis). В Европе существует поверье, что достаточно увидеть синюю птицу, и человек будет непременно счастлив. В свою очередь в восточных преданиях говорится, что тот, кому она сядет на плечи, будет возвеличен. Интересно, какая она? Увидеть бы ее хотя бы одним глазком.
Здесь же встречается вожделенная мечта арабских шейхов - сокол - балобан, исчезающий вид. Ученые предполагают, что здесь одно из редких мест, где может встречаться редчайший красный волк. После завтрака состоялось знакомство с «включающимся кондиционером». Днем достаточно жарко, но, благодаря ветру, жара совсем не ощущается. Потом мне показали одно из реконструированных захоронений.
Встретить не разграбленное захоронение - это большая удача. Если на вершине кургана есть углубление, то это может означать, что он уже вскрывался. Тем не менее, археологи все равно их раскапывают. В одном из разграбленных курганов была обнаружена золотая пластинка. Благодаря которой установлено, что этот курган - могила кагана. Но не все они разграблены в древности. Подвыпивший пожилой чабан вчера признался, что промышлял этим еще в далекой юности. Руководитель экспедиции Айман говорит: «Я его знаю уже несколько лет, обычно он сдержан, а тут впервые развязал язык». Сгорая от любопытства, мы, наконец, дождались главного: «Ничего особенного я в них не находил, разве что глиняный горшок, и больше ничего».
Здесь обнаружена редчайшая находка, каменная стела с выбитыми на ней тамгами. До этого их находили на всем пространстве степей Евразии, в Сары-Арке, в Монголии, на Кавказе. Похоже, что тут приносили клятву. Почему основатели казахского ханства Керей и Джанибек ушли в Семиречье? Может, потому что клятва, принесенная здесь, считалась нерушимой. Видимо, она-то и дала им то, в чем они нуждались больше всего - легитимность. Хотя также очевидно и то, что здесь было проще всего укрыться от их врага - Абул-Каира.


Встреча с синей птицей

Один за другим подъезжают на лошадях подпаски, которых вчера подрядили на участие в раскопках. Водитель, он же экспедитор, Миша раздает им инвентарь. Показываем им объем работы - планируется вскрыть три кургана. После завершения раскопок они будут восстановлены. Оставив наблюдать за ними Алана и, несмотря на молодость, уже имеющую значительный опыт участия в археологических экспедициях Бану, садимся в машину и отправляемся в маршрут. Полтора часа езды, все, машина дальше не идет. Оставшуюся часть пути вдвоем с Айман проделываем пешком. Отчаянно хлопая крыльями, взлетает фазан. А еще минут через пять выскочивший из-за куста зайчишка задал стрекача. Следом еще один. Кроме лесничества здесь располагается охотоведческое хозяйство. Каким путем его владельцы получили права на охоту, остается только догадываться. Земли им не выделялись, у них есть право на проведение охоты и не более, но, тем не менее, они по мелочам начинают притеснять чабанов. За одним из склонов, на высоте четыре тысячи метров над уровнем моря, открывается озеро Аулиеколь - Священное озеро. Склонившиеся в него ветки ивы и прибрежные кустарники сплошь украшены платками и обрывками материи. По поверьям местных жителей, купаться в нем запрещено. Есть даже свежая легенда о том, как дин из здешних начальников нарушил запрет, и по возвращении в Мерке его ждал приказ об увольнении. И только после того как он трижды организовал кудай тамак, напасти оставили его. Теперь он работает аульным акимом. Похоже, что святость этих мест ни у кого не вызывала сомнений. По словам чабанов, на берегу находилась мечеть, которая не сохранилась. Рядом с ней - буддийская кумирня - а может это просто причудливое нагромождение глины округлой формы и воображение позволяет видеть в них то чего, на самом деле не было.
Ну а потом едем на плато Сандык. Здесь на больших каменных валунах обнаружены скопления петроглифов, тамги и рунические письмена. Профессор Аманжолов перевел эту надпись как «моя гибель - печаль». Если судить по тексту, то ее оставили манихеи. Здесь выявлено наибольшее количество изваяний. На двух из них можно увидеть головные уборы, чем-то похожие на тюбетейки. На женском напоминает саукеле - свадебный убор невесты, нагрудные гривны, височные подвески. Темнеет, пора возвращаться в лагерь. А на следующий день, после обеда, наступает пора возвращаться. Увы, на полдороге нас постигло несчастье, сломалась машина, и нам пришлось пройти по горам километров двадцать, пока на обратном пути нас не подобрала машина, возившая в долину чабанов.
Уже на выезде из ущелья увидел птицу кумай, раскачивающуюся на ветке. Неужели сбылось! Толкнув в плечо Мишу, говорю: «Смотри, смотри, синяя птица». Пока он повернулся, она легко вспорхнула, тут ее и след простыл. Подумалось, что для привлечения туристов во многих странах воспроизводят природный и исторический ландшафт. Нам в этом нет нужды. Перед нами стоит другая задача - сохранить его.

Источник: http://news.centergen.ru/index.php?t=1288
Дата: 14.08.2007
Семейные сайты на заказ
НОВОСТИ