Международный институт генеалогических исследований
Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

Мы в долгу перед теми, кто отдал свою жизнь

24.06.2009

22 июня — день начала Великой Отечественной войны и всенародной памяти ее жертв. До сегодняшнего дня сотни тысяч русских солдат числятся без вести пропавшими в те страшные годы. Ярославская группа «Поиск» во главе с Ольгой Серенковой пытается вернуть истории имена погибших героев, находя и опознавая останки советских солдат на местах былых боев. 
Повсюду каски, патроны… 

Ольга Владимировна в «Поиске» со дня его основания — с 1990 года. 

— Первый отряд состоял из народных дружинников и учащихся, — вспоминает она. — Мы выехали в Новгородскую область, где находилась самая крупная российская экспедиция: именно там в Великую Отечественную проходили одни из самых ожесточенных боев с фашистами. 

После первой поездки многие ярославцы, в том числе и Ольга Владимировна, загорелись этим делом, почувствовав, что многое могут сделать для увековечения памяти погибших. 

— В тех местах я буквально ощутила войну: заходишь в лес, и такое впечатление, что бой только утих, — рассказывает Ольга Серенкова. — Повсюду воронки от снарядов, каски, патроны. Когда я узнала, что только на территории Новгородской области около 800 тысяч без вести пропавших, я была поражена. 
Медальоны — для смертников 

Раскапывая могильники, поисковики в первую очередь стараются найти так называемые медальоны — продолговатые эбонитовые капсулы, где хранилась бумажная скрутка с данными о солдате: как зовут, где родился, кто ближайшие родственники. К сожалению, медальоны были далеко не у всех. У солдат существовала такая примета: вписал свои данные — заполнил на себя смертник. 

Кроме того, из таких эбонитовых капсул солдаты делали себе мундштуки, а кто-то просто был не обучен грамоте. Вот и получается, что установить сегодня личность бойца — иной раз просто чудо. 

— За годы наших экспедиций мы подняли останки более 2 тысяч солдат, — поясняет Ольга Владимировна. — А вот установили — только около 150 человек. 
Ваня — фамилия солдата 

Не часто, но бывают случаи, когда сведения о солдате находят на совершенно неожиданных вещах. 

— Помню, рядом с останками на одном из откопанных военных котелков мы обнаружили выцарапанную надпись «Кудрявцев», — рассказывает Серенкова. — Думали, что это нам ничего не даст, ведь Кудрявцев — распространенная фамилия. 

Однако из огромного списка пропавших без вести в этой местности оказался только один солдат с такой фамилией. На другом же котелке было написано «Ваня». После исследования оказалось, что это не имя, а фамилия, а рядом написаны инициалы. Личность и этого солдата была установлена. 
Слезы радости и печали 

Прежде чем выехать в экспедицию, члены отряда подолгу сидят в архивах, изучая места боев, где было больше всего погибших. После того, как останки найдены, производится захоронение со всеми почестями, которые страна опоздала дать своим героям. 

— Если человек опознан, мы обязательно пытаемся найти его родственников, — рассказывает Ольга Владимировна. 

Есть мнение, что тревожить останки погибших не нужно. Но есть и другое утверждение: «Война не закончилась, пока не похоронен последний солдат». Ольга Серенкова и члены ее отряда верят в последнее. 

— Я раньше тоже не понимала, что в этом особенного: ушел человек на войну, не вернулся, пропал. Все и так ясно, — разводит руками Ольга Владимировна. — Но, начав заниматься поисками, поразилась: когда родственники, пусть даже дальние, узнают, что нашелся пропавший в войну отец, брат, дед, они всегда пытаются выехать на место захоронения и не сдерживают слез радости и печали. 
Ждала с войны всю жизнь 

Многие из тех, кто пережил войну, все эти годы посвятил поиску сгинувших в боях родных и любимых, не теряя слабой, но надежды. 

— В экспедиции под Питером мы опознали останки солдата, у которого нашлись родственники — жена и трое детей во Владимирской области, — вспоминает Ольга Серенкова. — По их просьбе мы привезли останки прямо в поселок. 

Жена красноармейца, несмотря на все тяготы, одна вырастила троих детей, помогала растить внуков. Но все эти годы жила одной мыслью. 

— 93-летняя женщина тогда со слезами произнесла: «Я его всю жизнь ждала, и теперь дождалась…», — вздыхает Ольга Владимировна. — Ради таких минут и таких людей мы и проводим свои экспедиции, сидим в холоде, в грязи, живем в палатках. Но каждый делает это добровольно, ведь все мы в неоплатном долгу перед всеми, кто отдал свою жизнь в той беспощадной войне. 

Источник: http://yaroslavl.aif.ru/issues/26/03_01