Международный институт генеалогических исследований
Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

Страна – не Ясная Поляна

30.05.2008
23 мая 1907 года в Государственной думе России Петр Аркадьевич Столыпин произнес слова, ставшие хрестоматийными.

Речь называлась "Об устройстве быта крестьян и о праве собственности". Это в ней премьер-министр сказал: "Пробыв около 10 лет у дела земельного устройства, я пришел к глубокому убеждению, что в деле этом нужен упорный труд, нужна продолжительная черная работа. В западных государствах на это потребовались десятилетия... Мы предлагаем вам скромный, но верный путь. Противникам государственности хотелось бы избрать путь радикализма, путь освобождения от исторического прошлого России, освобождения от культурных традиций. Им нужны великие потрясения, нам нужна Великая Россия!"

Последняя фраза стала цитатой, которую мы часто слышим и читаем сегодня. Особенно, когда сталкиваются взгляды на методы реформирования страны. И что особенно знаменательно, Столыпина делают своим союзником как последовательные государственники, так и завзятые либералы. С одной стороны, еще в начале перестройки писатель патриотического толка Валентин Распутин первым озвучил знаменитую фразу о великой России. С другой, двухтомный труд о русском реформаторе издал Борис Федоров, бывший "гайдаровец".

Но есть и третья сторона. На ней – суровые критики, вроде публициста Сергея Кара-Мурзы, осуждающего "столыпинщину" как чрезмерно репрессивный метод проведения реформ, вызвавший ответное сопротивление крестьян и подтолкнувший их к поддержке большевиков.

Сложность, противоречивость личности Столыпина отражает и русский национальный характер, и эпоху, в которой пришлось жить, действовать и погибнуть этому неординарному человеку.

Происхождение и взгляды

Петр Аркадьевич был потомственным дворянином, чей род был известен с XVI века. Одна из ветвей родословной включала поэта Михаила Лермонтова, которого Столыпины не очень жаловали, считая его характер ужасным.

Отец будущего реформатора Аркадий Дмитриевич тоже с музами дружил, был самодеятельным композитором, таким же скрипачом и скульптором. Еще написал труд "История России для народного и солдатского чтения". Больше того, папаша был другом Льва Толстого. Но за что бы он ни брался, выйти в профессионалы ему мешало могучее жизнелюбие, тяга к кутежам, женщинам и картам.

Последняя страсть однажды помогла выиграть поместье недалеко от Ковно. В нем надолго поселились Столыпины.

А Петр Аркадьевич родился в Дрездене, детство и юность провел в Литве, на лето часто ездил в Швейцарию. Именно заграница открыла ему такую форму хозяйствования, как хутора. Поэтому не правы те, кто сегодня представляет Столыпина изоляционистом, сторонником исключительно русского пути и т.п. Не из российской глубинки вынес он вывод: "Общее образование в Германии должно служить идеалом для многих культурных стран" А послу Англии в России Николсону он доверительно рассказывал, что вообще-то его идеал – Британская Конституция.

Свою карьеру Петр начал ковенским предводителем дворянства. Затем министр Плеве выдвинул его в гродненские губернаторы. Именно тогда Столыпин впервые изложил свои взгляды не только на переустройство земельных отношений, но и на методы, которые приведут к успеху.

"Ставить в зависимость от доброй воли крестьян момент ожидаемой реформы, рассчитывать, что при подъеме умственного развития населения, которое настанет неизвестно когда, жгучие вопросы разрешатся сами собой, – это значит отложить на неопределенное время проведение тех мероприятий, без которых немыслима ни культура, ни подъем доходности земли, ни спокойное владение земельной собственности".

И здесь же ссылка на чужой опыт: "Во всем мире переход крестьян к улучшенным системам хозяйства происходил при сильном давлении сверху".

В 1903 году он был назначен саратовским губернатором. А через год началась война с Японией. Когда дочь спросила его, почему это не похоже на 1812 год, Столыпин ответил: "Как может мужик идти радостно в бой, защищая какую-то арендованную землю в неведомых ему краях?".

А летом 1905-го ему пришлось разъезжать по мятежным саратовским деревням, производить аресты и обыски бунтарей, выявлять кражи хлеба у помещиков, грозить Сибирью и каторгой всем, кого возбуждал дух надвигающейся революции. При этом Столыпин писал царю, что волнения связаны с желанием крестьян взять землю в собственность.

Многим Петр Аркадьевич своей железной политикой виделся героем и защитником государственности. Но был человек, которого он приводил просто в ярость.
Звали его Лев Николаевич Толстой.

Отцовский дружок, он же гений

"Вспомнился этот ужасный Столыпин, сын моего друга Аркадия Столыпина, душевно хорошего человека, старого генерала, который сжег все свои писанные воспоминания о войне (…), потому что пришел к убеждению, что война зло… И вот сын, которого я, слава Богу, не знаю, стал во главе того правительства, которое совершает бессмысленно, глупо все эти ненужные вредные ужасы…"

Гениальный писатель и тут подтвердил свое кредо "Не могу молчать!". Что ему какой-то премьер, когда он за свою долгую жизнь обращался с письмами к трем российским царям. Разговаривал с ними на равных, если не сказать больше. К Николаю II, например, обращался просто: "Любезный брат!"

Поэтому немудрено, что премьера он назвал самым жалким человеком в России и заявил, что не может понять того ослепления, с которым Петр Аркадьевич реализует свои планы. Толстой не только предупреждал, что "по теперешней вашей деятельности вы заслужили ту ужасную славу, при которой всегда, покуда будет история, имя ваше будет повторяться как образец грубости, жестокости и лжи…"

Он написал еще и ставшие пророческими слова о том, что Столыпина в любую минуту могут убить.

Но мог ли он этим остановить человека, который уже пережил покушение, унесшее жизни более двух десятков людей и изувечившее его дочь? Напротив, свою решимость Петр Аркадьевич объяснял тем, что "после бомбы на Аптекарском острове я стал другим". Выходило, что остановить его могла только смерть.

Что же касается великого оппонента, то Столыпин ответил ему дважды, а потом и Толстой перестал призывать премьера к гуманности, как понимал ее писатель. "Столыпин влюблен в виселицу, этот сукин сын…" – вспоминает доктор Маковицкий одно из последних суждений Льва Николаевича.

Перевоспитать сына своего друга не получилось.

Спор, длиною в век

Если перевести на современный язык, сошлись правозащитник и государственник. Грешник и верующий. Гуманитарий и технократ.

Один был сторонником сильной державы, другой отрицал ее вообще: "Государственное устройство не что иное, как такое сцепление людей, при котором люди, сами того не зная, мучают, губят себя".

Если Столыпина волновали процессы, опасности, поджидающие народ, страну, власть, то Толстой пытался разобраться с отдельным человеком, заставить его жить по совести.

При этом у них было разное отношение к Богу.

"Русское государство, – говорил Столыпин, – в многовековой связи с православной церковью. Вы все, верующие и неверующие, бывали в нашей захолустной деревне, бывали в деревенской церкви. Вы видели, как истово молится наш русский народ, вы не могли не осязать атмосферы накопившегося молитвенного чувства, не могли не сознавать, что раздающиеся в церкви слова для этого молящегося люда – слова божественные".

Вот вам и жесткий реформатор.

Мнение же Толстого о православии скандально известно.

Лев Николаевич однажды поведал с детской простотой: "Прежде я не решался поправлять Христа, Конфуция, Будду, а теперь думаю: да я обязан их поправлять, потому что они жили три-пять тысяч лет тому назад!"

Софья Андреевна написала в дневнике, как, перелистав газеты, сообщавшие о прекращении церковью отношений с писателем, Лев Николаевич отправился гулять. На Лубянке его встретила толпа восторженных студентов: богоборчество графа им явно импонировало.

Еще он породил "толстовство" – движение интеллигенции, двинувшей от цивилизации заниматься "мозольным хлеборобским трудом". Писатель Иван Бунин и тот не устоял – решил набивать обручи на бочки. Внимал Толстому и один юрист, позже породивший свое движение. Правда, несколько в иной науке. Фамилия поклонника толстовства, а позже – полковника жандармерии, была Зубатов.

С толстовцами разобрались большевики. Общины "зачистили": утопистов загнали в ГУЛАГ и эмиграцию.

Дмитрий Шаховской (о. Иоанн), автор глубоких исследований жизни и духовных воззрений писателя, объяснил все точно и просто: "Нет более реального, чем Толстой, явления в русской художественной литературе, и нет более нежизненного явления, чем он, в русской религиозной и философской мысли".

У поражения есть имя. Российский идеализм

А вот что объединяло Толстого и Столыпина так это идеализм и вера в то, что истинная мудрость размещается не во властных кабинетах, а таится в глубинах жизни народной.

Поэтому и авторитеты у них были схожие и весьма странные.

"За всю мою жизнь, – говорил Толстой, – два русских мыслящих человека имели на меня большое нравственное влияние и обогатили мою мысль и уяснили мое миросозерцание. Люди эти были не русские поэты, ученые, проповедники. Это были два живущих теперь замечательных человека, оба крестьяне: Сютаев и Бондарев".

Крестьянин Бондарев был писателем-утопистом и религиозным путаником. Но Лев Николаевич сравнивал его с апостолом Павлом и прочил его трудам великое будущее.

У Столыпина же, по мнению писателя Святослава Рыбаса, среди элит соратников не было.

Зато был союзник. Сергей Семенов, крестьянин Волоколамского уезда Московской губернии. Кроме земледелия он занимался еще и книгописанием. И даже издал собрание сочинений, удостоенное премии Академии наук. Его повесть "Односельцы" рассказывала о распаде общины, в которой земельная реформа увенчалась кровавой драмой.

Но кровавая драма в жизни оказалась страшнее. Октябрь 1917-го перечеркнул и реформы премьера, и проповеди писателя. В результате Столыпин был объявлен "вешателем" и "реакционером". А Толстой еще до революции, с легкой руки Ленина стал ее "зеркалом". Один пытался перестроить государство. Другой – человека. Но выяснилось: Россия – не Ясная поляна. Как, впрочем, и наоборот.

Миссия обоих великих россиян в то время оказалась невыполнимой.

ЮРИЙ БОРИСОВ
Источник: http://www.edinros.ru/news.html?id=131670