Международный институт генеалогических исследований
Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

О гордом поляке замолвили слово...

10.05.2008

В музее Грина открылась выставка о жизни бывшего братского народа на гостеприимной вятской земле.

С большой любовью музейщики и члены общества польско-российской дружбы подобрали материалы по истории вопроса: фотографии и документы старинных фамилий, укоренненных здесь с давних времен, а также сосланных в российскую глубинку в результате восстания 1863 года.

Наиболее интересный и раритетный экземпляр - посконный арестантский халат (азям) и кандалы, в которых поляки, якобы, прибывали к местам ссылки по этапу. Многие из них, впрочем, двигались сюда не с запада, а с востока - из Сибири, когда начались первые государевы послабления и возможность жить поближе к Европе. Здесь они быстро меняли эти азямы на цивильное платье и жили как нормальные люди, только под надзором полиции.

Всего же сослано в вятскую губернию было около 500 человек. Многие после полной амнистии в 1894 году вернулись на родину, а кое-кто остался и полностью обрусел, чем внес неоценимый вклад в развитие культуры, экономики и всего вятского социума. Во многих делах они были зачинателями, например, в фото- и литографии. Трудились на ниве земской медицины (такова знатная династия Дравертов - чиновников, врачей и впоследствии юристов) и адвокатуры (Хоревич и Авейде).

Среди предпринимателей были хорошо известны лесопромышленник Шенкаржевский, булочник-кондитер Якубовский. По части искусств Вятка особо чтит художника Эльвиро Андриолли и, конечно же, Александра Грина, чей батюшка, ссыльнопоселенец Стефан Гриневский, 30 лет проработал бухгалтером в губернской земской больнице. А родитель Константина Циолковского, тоже из поляков будучи в Вятке, служил чиновником в палате госимуществ.

Сегодня поляков в Вятке осталось немного. Памятью же об их компактном проживании является Александровский костел, построенный ими в 1903 году (как выразился в свое время мастер художественного слова Александр Герцен, в груди у каждого поляка имеется личное распятие, которому всегда можно помолиться). У местного ксендза Гжегоша Зволиньского - в миру отца Григория - в католическом приходе 30 человек, а в городе в целом, по его оценке, раз в десять больше, просто многие из них "вынуждены были принять православие" и слиться с вятским этносом.

Так или иначе, у нас чтут "польские" страницы истории и позитивно относятся к представителям этого славянского народа, считая их цивилизованной и культурной нацией. Хотя вряд ли эта любовь взаимна, несмотря на различные общества дружбы. Взаимоотношения наших народов на протяжении последних столетий - это история имперско-оккупационных амбиций российского государства в отношении не менее амбициозной Речи Посполитой, и такое даром не проходит.

Источник: http://www.nabludatel.ru/numers/2008/19/24.htm