Международный институт генеалогических исследований
Карта сайта Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

Выжил, всем похоронкам назло

25.06.2009

Так, придется тебе надевать резиновые сапоги, твои кроссовки в таких условиях погибнут смертью храбрых… — «воодушевил» меня руководитель республиканской поисковой организации «Харон» Алан Татаров, в ультимативном порядке, не терпящем возражений, поставив передо мной видавшую виды пару резиновой обуви размера 43-го. Его напарник Иван Стукалов подтверждающе, но сочувствующе закивал головой — мол, придется надевать, коли решила идти с нами. 
И действительно, ничего другого не оставалось — «хляби небесные» к тому времени вот уже неделю как щедро поливали всю республику и особенно усердствовали, видимо, в этом, Алагирском районе, куда мы и приехали обследовать местность, где поисковики намеревались в скором времени «на безымянной высоте» начать раскопки. 

«Дорогами войны»… Так называется книга великого военачальника, нашего земляка Исса Александровича Плиева. Он, его сослуживцы и миллионы других советских воинов, сражавшихся за победу над фашистской Германией, знали, что значит — идти этими дорогами… 
Мы, сегодняшние поколения, знаем об этом только по фильмам, по сохранившимся военным телехроникам, по фотографиям, по экспонатам военных музеев… Но можем ли мы прочувствовать хотя бы часть тех эмоций, ощущений, которые довелось испытать солдатам Великой Отечественной в те военные годы, когда пядь за пядью отвоевывали они нашу Родину у немецких оккупантов?.. — думалось мне, пока я следовала за поисковиками — в тех самых резиновых сапогах, «в обнимку» с саперной лопатой и небольшим ломом, с болтавшимся на груди фотоаппаратом, то и дело смахивая с лица дождевые капли. — Возможно, погодные условия не лучше этих были в здешних местах осенью 42-го, когда фашисты наступали на нашу республику. Но воины сражались и при гораздо худшем климате, и изо дня в день, побеждая в первую очередь себя, мужественно бились с врагом и приближали победу всей страны в этой ужасной войне... И чтобы понять всю глубину и смысл выражения «подвиг советского народа», лично мне нужно было пройти по этим местам вместе с поисковиками…
Взобравшись на пригорок, являвшийся, судя по всему, оборонительной точкой, поисковики начали обследовать территорию с металлоискателем. Именно здесь решили они вести поисковые работы, потому что Иван Стукалов недавно нашел именно тут ложку с выцарапанной от руки надписью «Гареев». А узнал об этом месте он от пожилого жителя Бирагзанга, где Иван, интересующийся поисковой деятельностью, какое-то время назад работал. Мужчина рассказал, что в его детстве они часто находили тут гильзы. Вот и сейчас, обследуя площадь с металлоискателем, который почти постоянно подает сигналы, Алан Татаров качает головой: «Вся земля просто напичкана металлом. Скорее всего, это гильзы, может, они даже и где-то глубоко внизу, ведь этот металлоискатель определяет металл размером с пятикопеечную монету на глубине 35 метров. Но надо все-таки копать там, где он особенно реагирует. Ведь, во-первых, хотелось бы знать, кто занимал на этой высоте оборонительную позицию — наши или немцы, а это можно определить по гильзам, которые будем выкапывать, и, во-вторых, есть вероятность того, что найдем награды, смертные медальоны, которые, может быть, вернут имена еще нескольким пропавшим без вести в годы войны... Здесь копни, Иван…».
Парень, немного разрыхлив землю в месте, указанном Аланом, уже достает гильзу от немецкого автомата, потом еще какую-то прямоугольную железку, поясняя мне, что это обойма от него. За полчаса работ в этой местности было найдено больше гильз именно от немецкого стрелкового оружия. «Значит, здесь стояли фашисты», — сделал вывод И. Стукалов. 
Тем временем металлоискатель уже «урчит» в другом месте. А. Татаров направил его на… дерево, и оно подает сигналы. «Посмотри на это дерево: оно тоже получило множество ранений, весь ствол прострелен, — комментирует поисковик. — А тут, видишь, оно было раздвоено попаданием снаряда, и в эту расщелину проросло другое дерево. Но оно продолжает расти. Таких деревьев очень много в районе Эльхотовских ворот, где сейчас действует наш поисковый лагерь. И все это — свидетельства того, какие жесточайшие бои проходили в этих местах…».
Определив с металлоискателем точки, где, как сказал Алан Татаров, «что-то есть», мы отправляемся обратно к машине. Сюда они приедут снова, когда установится погода и земля подсохнет: в дождь нет смысла копать — лунки будет размывать вода, есть риск потерять артефакты, хранившиеся в земле столько лет… А вот алюминиевую ложку с надписью «Гареев», найденную Иваном Стукаловым, руководитель «Харона» взял с собой, чтобы «пробить» по интернет-базе Министерства обороны России. И уже вечером Алан сообщил мне, что по этому архиву он установил: в Северной Осетии в это время воевали пятеро солдат с такой фамилией. И один из них — именно в Алагирском районе...

Дальше наш путь лежал в станицу Архонскую — к ветерану с интересной судьбой. Хотя, наверное, каждый, кто прошел горнило Великой Отечественной, — человек необычный. Но все-таки случай Георгия Георгиевича Лапенко — из ряда вон выходящий. Уже более 65 лет его фамилия значится на памятнике над братской могилой в селении Выселки в списке героически погибших при обороне Краснодарского края. А он все это время... живет, и 22 мая ему исполнилось 84. 
— Я ушел на фронт в 1942 году, как только мне исполнилось 17 лет, — вспоминает по нашей просьбе бывший солдат и архонский казак Георгий Георгиевич. — Прибавил в метрике военно-учетного стола год, которого мне тогда не хватало до совершеннолетия, — и пошел воевать, защищать Родину. На службу был направлен в Краснодарский край. В марте 1943 года наша 31-я Сталинградская краснознаменная стрелковая дивизия орденов Суворова и Богдана Хмельницкого принимала бой под станицей Куринской, и тогда меня серьезно ранило, была контузия… Я не помню, каким образом, тяжело раненный, попал в военный госпиталь в Сочи. Но моей матери домой, в Архонку, уже тем временем отправили похоронку. Я даже не представляю, какой это был для нее удар, ведь к тому времени она уже потеряла на фронте мужа — моего отца, потом — похоронка на меня, а в 44-м погиб на войне и мой старший брат. На руках у нее остался третий маленький ребенок… А моя фамилия появилась на обелиске над братской могилой в Краснодарском крае…
А в 1980 году в адрес военно-учетного стола станицы Архонской поступило письмо от группы «Поиск», которую организовала учительница школы станицы Куринской Елена Павловна Георгиевская. В этом письме была просьба предоставить сведения о выходце из ст. Архонская Г. Г. Лапенко, который «отдал свою жизнь, защищая их станицу»... Приехать на места былых сражений, почтить память боевых товарищей (среди них и 14 архонцев) и — увидеть свою фамилию на том обелиске Георгий Георгиевич смог только через 7 лет, в 1987 году. И плакал, стоя у обелиска, вспоминая однополчан, и радовался, что судьба подарила жизнь. 
С тех пор он поддерживает связь с Еленой Павловной. А недавно они увиделись вновь — в Ходыженске на праздновании юбилея одной из самых давних поисковых организаций страны — отряда поисковиков Краснодарского края «Арсенал», туда Георгий Лапенко отправился вместе с руководителем «Харона» Аланом Татаровым. 
Солдатскими дорогами практически пешком прошел Георгий Лапенко путь от Краснодара и до Польши. А оттуда 27 декабря 1944 года его вместе с группой однополчан направили на обучение в 1-е Харьковское танковое училище…
«Жаль, что к нашим ногам не был прикреплен спидометр — было б интересно узнать, сколько мы прошагали на своих двоих по дорогам войны», — грустно шутит Георгий Георгиевич. Эта, скрываемая им, но заметная тем, кто слушает его рассказы о годах войны, горечь в его воспоминаниях военных лет всегда. Ведь в них — и четыре его боевых ранения, и потеря друзей-однополчан, и вообще — нелегкая доля ветерана, которому и после войны довелось пережить немало тягот судьбы… 
Домой, в Архонскую, Георгий Лапенко, планки мундира которого украсили десятки наград за мужество и отвагу, (среди них и орден Славы III степени) вернулся только через два года после окончания войны. Позади были ускоренные курсы в Харьковском военном училище, служба в Германии в группе оккупационных войск во Франкфурте-на-Одере, где он мог бы остаться еще, и военная карьера его тогда шла бы в рост… Но дома его ждала мать. И Георгий Георгиевич вернулся. Был июнь 1947 года, подошло время и свою семейную жизнь устраивать. И тут как раз бравый солдат повстречал в гостях у своей родственницы девушку из своей же станицы… Через два месяца, в августе справили свадьбу. Стали подрастать двое сыновей… Но жизнь не всегда складывается по счастливым сценариям.
Сейчас вместе с Георгием Георгиевичем живет его племянница со своими двумя дочерьми, они за ним и присматривают. Но Г. Г. Лапенко не сдается жизненным невзгодам — ведет активную общественную деятельность в Совете ветеранов станицы Архонской, проводит Уроки мужества в станичных школах, когда приглашают. «Только вот в последнее время как-то реже приглашают на встречи с молодежью, — сетует ветеран. — Да что и говорить, во 2-й школе, находящейся неподалеку от моего дома, даже и небольшого военного музея нет. При таких обстоятельствах будут ли дети знать свою историю, поймут ли, что значит для нашей страны Великая Отечественная война, и станут ли истинными патриотами?..»
А сколько еще тех, кто без вести пропал на полях сражений?

Источник: http://region15.ru/articles/2064/