Международный институт генеалогических исследований
Записывайтесь на курсы по генеалогии
Программа «Российские Династии»

«Две книги, два фото, два древа»

17.03.2009
Старые фотографии, уж лучше их не смотреть. Потому что стоит взять в руки эти пожелтевшие листочки, как начинают звенеть щемящие нотки... Вот два мальчика, бескозырки и шортики с проймами, а рядом на лужайке мамы. И смотрят, смотрят в упор на тебя, словно что-то хотят спросить. А это отряд пионеров, наверно, пошли собирать подорожник? Кажется, ещё мгновение - и они шагнут из-за края бумаги. Нет, уж лучше убрать их подальше и не ворошить прошлое, так это нерационально в наше рафинированное, сжатое время.
 
Про бабушку и про дедушку
 
- В вашей газете летом была напечатана маленькая заметочка “Загляните в семейный альбом”, - рассказывает Людмила Николаевна СУРЖИКОВА. - Там и сообщалось: высылайте интересные снимки с описанием, кто на них и как сложилась их судьба, создаётся книга-альбом.
 
Написала и про дедушку, и про бабушку. Я ведь почему послала фотографии: мы четверо остались сиротами, отец нас бросил, а когда мне было четыре года, мама заболела. Воспитывали нас бабушка с дедушкой, и мы хорошо знали их судьбу. Тяжёлая жизнь была, они заслужили, чтобы о них написали...
 
Людмила Николаевна плачет, потом достаёт солидную тяжёлую книгу “Семейный альбом Челябинской области. 2008 год”. И бережно открывает заложенную страницу.
 
- Это мой дед, Андрей Петрович Кувайцев, - показывает она на бравого усатого солдата в папахе и хромовых сапогах. - Где-то месяца три назад увидела по челябинскому телевидению - показывали альбом и сказали: кто участвовал в проекте, его получат. И вот меня приглашают в администрацию и вручают эту книгу. Чудо-книга, такое наслаждение её листать и смотреть! Изумительный альбом с историями семей нашей Родины! Видно было, что Виктору Геннадьевичу Пономарёву жалко отдавать мне её, настолько она хороша. Обязательно все посмотрите в редакции!
 
“На снимке Андрею Петровичу лет 20 или немного более. Он родился в семье лавочника. Воевал в пехотном полку в Первую мировую войну. Оказался в немецком плену в Кёнигсберге. Домой вернулся с больными ногами. Пошёл работать на завод, был столяром-плотником.
 
Родителей Андрея Петровича в конце 1920-х годов раскулачили, сослали в Сибирь на шесть лет. В лагере он окончательно подорвал своё здоровье. Так как руки у него были золотые, в ссылке занимался отделкой домов и изготовлением мебели для лагерного начальства” - вот такие слова под фотографией в альбоме. Вроде немного, а на самом деле - целая эпоха, наши корни.
 
Горшочек прапрабабушки
 
Впервые увидел Вику Кувайцеву во дворе городского музея года два назад. Проходил краеведческий турнир, и Вика запомнилась: она принесла с собой семейные реликвии - цветочный горшочек и ажурную скатерть своей прапрабабушки. И что удивило: прапрабабушка девочки, Мария Васильевна Патрина, была как раз хозяйкой каменного особняка, у стен которого и проходило мероприятие. И вот Виктория, теперь уже восьмиклассница, достаёт из пакета толстенный многокилограммовый “Семейный альбом Челябинской области. 2008 год” и ещё несколько дипломов и грамот - заслуженная награда за многолетний кропотливый труд.
 
- С пятого класса начала изучать историю своей семьи, - рассказывает Вика, - участвовала в различных конкурсах, которые находила Ирина Юрьевна Зубарева, учитель истории, руководитель научного общества учащихся и мой классный руководитель. Идёт четвертый год, и у меня появилась четвёртая глава в исследовательской работе. Первая о династии Патриных, вторая о Клоковых, третья о моих родственниках, участниках Великой Отечественной войны и последняя о семейных реликвиях. В планах - работа над пятой главой, о родственниках за рубежом, сейчас ведём переписку с Будапештом.
 
- С чего началось твоё увлечение историей рода? - интересуюсь у своей собеседницы.
 
- Мы в пятом классе по русскому языку делали генеалогическое древо, и Ирина Юрьевна увидела, что у нас одинаковые родственники. С этого всё и началось. Ну а самая моя большая помощница - бабушка Римма Дмитриевна Кувайцева. Это она сохранила старые вещи, письма, фотографии.
 
- Какие планы на будущее? - спрашиваю Вику.
 
- Не знаю, буду поступать на исторический факультет или нет, но мне нравится искусство, я хотела бы стать визажистом. А сейчас занимаюсь в музыкальной школе, заканчиваю седьмой класс по фортепьяно. Если в девятом классе ещё больше заинтересуюсь историей, буду поступать на исторический факультет, а визаж останется голубой мечтой.
 
Виктория открывает альбом на “своей” странице: “На снимке большая семья усть- катавского фельдшера Василия Александровича Клокова и его жены Александры Степановны (они в центре). У них родилось двенадцать детей, на фотографии только семь: Елизавета, Валент, Мария, Сергей, Александр, Иоанн, Михаил...”
 
- Мне нужно сделать твой портрет. На каком фоне тебя сфотографировать, назови любимое место? - пытаюсь выяснить у Виктории.
 
- Конечно, у дома моей прапрабабушки, - сразу предлагает она.
 
Старые фотографии, листочки застывшей памяти. И всё же не часто, но надо их ворошить, иначе как осознать кто мы, что мы? А как только маленький человечек научился говорить, читать, ему надо рассказывать о своих родителях, о родителях родителей. И попробовать нарисовать с ним первое родословное древо.
 
Источник: http://ukn.oblast74.ru/news/society/2009/03/17/doc11421